Нафтогаз выиграл $1,4 млрд у Газпрома в Казахстане — и тут же проиграл. Как взыскивают активы через третьи страны

21 мая Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА) вынес определение, которое должно было стать прорывом: суд разрешил исполнение арбитражного решения на $1,4 млрд в пользу Нафтогаза против Газпрома на казахстанской территории. На следующий день, 22 мая, Министерство юстиции Казахстана фактически аннулировало эффект этого решения, заявив, что правительство не будет его исполнять.

Это классический пример того, почему взыскание активов враждебного государства через третьи страны — одна из сложнейших операций в международном финансовом праве.

Откуда взялись эти $1,4 млрд

Нафтогаз и Газпром судятся годами из-за транзитных контрактов и обязательств по поставкам, возникших до 2022 года. В июне 2025 года Стокгольмский арбитраж вынес решение в пользу Нафтогаза на $1,4 млрд. Но арбитражное решение — это лишь бумага. Чтобы получить реальные деньги, нужно найти активы должника и принудительно взыскать их через суды той страны, где эти активы находятся.

Казахстан привлекателен для этого по нескольким причинам. Газпром имеет значительное операционное присутствие в стране через совместные газотранспортные проекты. МФЦА — относительно независимая юрисдикция с собственным судом на базе английского права, теоретически более открытым к исполнению иностранных арбитражных решений.

21 мая суд МФЦА выдал определение об исполнении. Это должен был быть первый успешный шаг.

Почему Казахстан отказался

Здесь в игру вступает геополитика. Казахстан — член Евразийского экономического союза (ЕАЭС) вместе с Россией. Страна поддерживает деликатный баланс между сохранением отношений с Москвой и нормализацией отношений с Западом. Прямое исполнение решения против Газпрома — крупнейшей компании России — означало бы прямую конфронтацию с Кремлём.

Отказ Минюста юридически выглядит нетривиально: суд МФЦА технически независим от исполнительной власти Казахстана. Но на практике правительство контролирует, будут ли судебные решения реально исполнены через государственный аппарат — полицию, прокуратуру, реестры активов.

Суверенный иммунитет и проблема «пустой оболочки»

Взыскание против государственных компаний особенно сложно из-за доктрины суверенного иммунитета: государства и их органы традиционно защищены от принудительного взыскания в иностранных судах, если только они явно от него не отказались. Газпром формально является акционерным обществом, но контролируется государством более чем на 50% — что даёт основания для иммунных аргументов.

Даже когда суд выносит решение против таких компаний, страна-исполнитель может отказаться, ссылаясь на дипломатическое давление, «публичный порядок» или просто на отсутствие исполняемых активов в своей юрисдикции.

Что это значит для стратегии Нафтогаза

Нафтогаз ведёт одновременно несколько дел в разных юрисдикциях — Нидерланды, Люксембург, Франция, Швейцария, США. Каждая попытка — это поиск уязвимого места: где у Газпрома есть активы и где суд и правительство готовы реально исполнить решение.

Казахстанское дело преподаёт ценный урок: даже юридически выигрышное решение в относительно дружественной юрисдикции может быть заблокировано на стадии исполнения из-за геополитического давления. Для более широких усилий Украины по восстановлению активов это важный прецедент — международный арбитраж является первым шагом, а не последним.

Для инвестора: успешное взыскание с Газпрома существенно улучшило бы баланс Нафтогаза и частично компенсировало убытки от разрушенной газотранспортной инфраструктуры. Неудача в Казахстане означает, что эти средства пока остаются недостижимыми.

---

Источники: Meduza — казахстанский суд разрешил исполнение · Rigzone · The Moscow Times · Kyiv Post — Казахстан отказывается